Блог врача-терапевта
Всем нам очень часто приходится обращаться к врачу терапевту. У вас температура или заболело горло – первый кого мы вызываем к себе на дом – это врач терапевт, который нас должен осмотреть, поставить диагноз и при необходимости выдать больничный лист.

Гормоны как регуляторы

Гормоны являются незамедлительно действующими регуляторами важнейших процессов в организме. Мы подчеркиваем незамедлительность регулирующего действия гормонов. Реакция организма на опасность, на необходимость быстрого изменения состояния в связи с изменившейся обстановкой должна быть срочной, немедленной. Адреналин, например, так и называют «аварийным» гормоном. Многие гормоны имеют малый период полураспада, малый срок жизни, что подчеркивает предназначенность этих гормонов для быстрого действия. Так, период полураспада АКТГ и ТТГ равен 16-19 мин. Их влияние на целевые органы может проявиться только в пределах сроков их распада. Недопустимы никакие буферные промежуточные превращения, непредсказуемо искажающие оперативность действия гормонов. Опоздавшие гормоны из-за изменившихся обстоятельств вместо пользы могут принести существенный вред организму.


Но и это не самое главное. Самое главное заключается в том, что гормоны являются регуляторами строго дозированными. Сложнейшая и точнейшая система ги-поталамо-гипофизарной регуляции с отрицательной обратной связью и балансом поступления-выделения исходных материалов веками отрабатывалась природой для того, чтобы выделять в кровь строго дозированное количество гормонов и в таком строго дозированном виде доставлять их к исполнительным органам. И органы-исполнители могут точно выполнить распоряжения «сверху» только в том случае, если приказ будет без искажений им передан, т. е. если доза гормонов будет без искажений донесена до этих органов. Как же можно вклинивать в передаваемый с помощью дозирования гормонов приказ какие-то искажающие его буферные изменения? Если доза гормонов в крови уменьшена по приказу гипофиза, то не для того, чтобы какие-нибудь буферные регуляторы ее увеличивали без ведома гипофиза, а для того, чтобы органы-исполнители в соответствии с приказом именно гипофиза ослабили свою работу. Как только в передачу таких приказов вмешаются искажающие их буферные корректировки, тут же наступит крах организма. Повторяем, мысль о буферной роли гормональных комплексов в корне ошибочна!
Образование белково-гормональных комплексов в крови имеет совершенно другой (не буферный) смысл. И одним из предназначений белково-гормональных комплексов является доставка гормонов «персональным» органам-мишеням в строго дозированном гипофизом количестве, не допуская потерь и добавлений при доставке, чтобы не исказить передаваемый органам-мишеням приказ.
Для того и превращаются гормоны в белково-гормональные комплексы, чтобы сделать гормоны временно, именно временно, неактивными, только на время транспортировки. Белково-гормональные комплексы — это надежная транспортная упаковка, открывать которую по дороге и нельзя, и не очень-то просто. Для этого предусмотрены специальные устройства (рецепторы) органов-мишеней. Можно ли после этого говорить о буферной роли комплексов, о буферном регулировании гормональной активности крови? Белково-гормональные комплексы как раз и являются препятствием для неуправляемой буферной стабилизации концентрации гормонов в крови. Стабилизация уровня гормонов в крови самой кровью недопустима по смыслу предназначения гормонов. Они перестают быть регуляторами-исполнителями воли головного мозга.
Поразительно, но рядом с «буферными» мыслями в литературе можно обнаружить и следующую важнейшую мысль: «В большинстве случаев небелковые компоненты в комплексах инактивируются, в чем, по-видимому, и заключается физиологическое значение их образования» (А. И. Робу, 1982).
Более того, мы впервые утверждаем, что организм всегда стремится к инактивации всех гормонов, поступающих в кровь, причем к максимально полной инактивации, созданием белково-гормональных комплексов. И
если какую-то часть гормонов в плазме организм оставляет не связанной с белками, то это в норме допустимо только для гормонов «всеобщего назначения» (норад-реналин и адреналин, небольшая часть тиреоидных гормонов и др. ).
В этом и состоит очень важная особенность гениального способа транспортировки гормонов и других веществ в организме, избранного природой в ходе эволюции. У природы просто не было другого выхода, этот был несравненно лучше всех других. В ходе эволюции природа должна была научить организм немедленно инактивировать гормоны сразу же после поступления их в кровь. Ведь в качестве транспортного средства природа избрала кровь, причем в качестве единого (!) транспортного средства для десятков очень активных и менее активных веществ, включая внушительный перечень гормонов. Одна-единственная жидкость несет все эти вещества по всему организму. Конечно, было бы нелепо создавать для каждого вещества, гормона свою транспортную систему. Но как же возможно разобраться во всей этой смеси самых различных веществ в одной и той же крови, не допустить их непредусмотренного взаимодействия? Как понять, куда лучше транспортировать каждое из веществ и как это осуществить, как передать их именно тому органу, которому эти вещества предназначены, ни в коем случае не передавая их тому органу, которому не следует их передавать?
И здесь природа находит выход в максимальной изоляции и снижении активности всех веществ в крови путем их временного связывания с белками плазмы в комплексы. Нерастворимые в воде вещества, например жиры, вообще не транспортабельны с кровью не в комплексах. Затем такие комплексы транспортируются кровью по принципу «все транспортируется всюду». Каждый получатель может получить из общего потока всех веществ только то вещество, которое ему предназначено и только в том количестве, которое ему физиологически требуется. Для получения необходимо иметь «разрешение с устройством для получения» в виде специфических рецепторов на поверхности клеток органа-получателя, ткани-получателя. Рецепторы сами «знают», что им нужно выбрать из общей смеси белково-гормональных комплексов крови по принципу сродства веществ.